Новости    Старинные книги    О библиотеках    Карта сайта    Ссылки    О сайте


Русская дореформенная орфография


Книговедение

А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я A B D






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Дела минувшие

С. А. Абрамов и его издательство "Творчество (М. Рац)

Среди бесчисленного количества издательств, возникавших и зачастую тут же лопавшихся в первые послереволюционные годы, немногим суждено было оставить заметный след в истории русского книгоиздательского дела. К числу этих немногих, успевших за короткий срок существования приобрести собственный издательский "почерк", несомненно относится и "Творчество", основанное С. А. Абрамовым.

"Творчество" возникло в трудное для отечественного книжного дела время. В годы первой мировой войны выпуск книг сократился во всех участвовавших в ней странах, но особенно - в России: почти в три раза. Одним из первых декретов Советской власти был декрет о печати, однако книжный голод в стране был так велик, что понадобилось несколько лет, чтобы наладить нормальное снабжение населения книгами. Основной упор при этом делался на централизованную государственную систему книжного дела (Госиздат был создан уже в мае 1919 г.), но немалую роль играли и частные издательства. Отношение к ним менялось, менялись и условия их работы. В целом эти условия определялись тем, что как полиграфическая база, так и книготорговая сеть были национализированы. В 1919 г. была введена государственная монополия на бумагу, издания классиков монополизировались государством, им же контролировалась и идейная направленность печатающихся изданий. Однако М. Горький писал в декабре 1920 г., что "частные издательства можно поставить под самый строгий контроль, но в данный момент нет никаких оснований уничтожать их, а, напротив, следует широко использовать всю энергию, все знания делателей книг"1. Из множества различных позиций по этому вопросу, дебатировавшихся в те годы, точка зрения Горького была, по-видимому, самой разумной. Именно в этом русле и развивались отношения молодой Советской власти с частными издательствами, особенно активизировавшимися в годы нэпа. При этом многие издательства (братьев Гранат, Кнебеля, Сабашниковых), включая и "Творчество", сотрудничали с Госиздатом как контрагенты.

1 (Цит. по кн.: Витязев П. Частные издательства в советской России. - Пг., 1921, с. 59)

В целом удельный вес частных изданий в книжной продукции составлял в 1922 - 1923 гг. соответственно 20 и 25% по количеству названий; по объему книг и тиражам он был меньше1. Однако роль этих изданий в культурной жизни страны была велика, что особенно хорошо видно сейчас, спустя более чем полвека. Частные издательства печатали преимущественно произведения современных писателей (поэзию и прозу), детскую литературу, и, в особенности, книги по искусству. Такая избирательность не была случайной, она диктовалась объективными условиями работы, в которых находились Госиздат и частные фирмы. Обосновывая программу деятельности только что созданного Госиздата, его первый руководитель В. В. Боровский писал: "Крайняя нужда в бумаге и ведение физической борьбы на фронте и политической внутри страны вынуждает нас приурочивать все издаваемые произведения к тому политическому моменту, который мы переживаем. Конечно, в нашей литературе имеется масса вещей, которые мы с удовольствием переиздали бы и которые должны быть доступны широким массам, но мы должны давать только то, что удовлетворяет потребности читателей, что поможет вести им борьбу, и потому мы должны напрячь все силы, чтобы издаваемая литература служила пропагандой в самом широком смысле слова и облегчала бы широким массам восприятие новых идей, которые несет с собой революция и которые стремятся к преобразованию общества на новых коммунистических началах"2.

1 (См.: Назаров А. И. Октябрь и книга. - М., 1968, с. 254)

2 (Цит. по кн.: Динерштейн Е. А. Положившие первый камень. - М., 1972, с. 28)

Действительно, в этих условиях Госиздат не мог уделить достаточного внимания тем направлениям книжного дела, где ведущее положение заняли частные издательства. В особенности это касалось художественных изданий с иллюстрациями, предъявлявших повышенные требования к качеству бумаги, совершенству техники и квалификации печатников. Для создания подобного рода книг от издателя-"частника" требовался особый энтузиазм, особая вера в непреходящее значение художественных ценностей. Этот энтузиазм и эта вера должны были соединяться с незаурядными организаторскими способностями, без которых осуществить подобные издания было просто невозможно.

Всеми этими свойствами обладал С. А. Абрамов. "Творчество" выпустило немногим более двух десятков изданий и, если мы помним и любим их, значит они обладают достаточным своеобразием. Малое количество компенсируется в данном случае качеством. Действительно, среди книг, изданных Абрамовым, - сборники стихов Федора Сологуба, М. А. Волошина, К. Д. Бальмонта. Это не случайный подбор книг, а широко задуманная серия сборников современных русских поэтов. Среди художников, иллюстрировавших абрамовские издания, - С. В. Чехонин, Д. И. Митрохин, В. Д. Фалилеев, В. Д. Замирайло, Н. Н. Купреянов. Это опять же не случайный ряд имен, а попытка привлечь к постоянному сотрудничеству лучших русских графиков революционных лет. Среди художественных журналов того времени два ("Русское искусство" и "Москва") выпускались "Творчеством", причем эти два журнала принадлежат к наиболее значительным изданиям подобного типа в первые годы Советской власти. Если даже ограничиться простым перечислением имен, связанных с "Творчеством" писателей, художников, искусствоведов и критиков, - сразу станет ясно: можно спорить о значении того или иного абрамовского издания, но бесспорно значение издательства, объединявшего в трудные годы выдающихся представителей русской творческой интеллигенции. Оно дало им не только заработок (что в те годы было далеко не просто и отнюдь не маловажно), но и возможность публиковаться. Здесь в известной мере на страницах абрамовских изданий у представителей творческой интеллигенции, связанных с ними, кристаллизовалось мироощущение, отвечавшее новой, послереволюционной эпохе.

Кто же был "редактор-издатель" "Творчества" Абрамов? О нем и его издательстве нет ни одной статьи. Лишь две лирические страницы посвятил ему В. Г. Лидин в своей известной книге1, да об абрамовских журналах (среди прочих) написал В. Сахаров в статье, которая быстро затерялась в потоке журнальных публикаций2.

1 (См.: Лидин В. Г. Друзья мои книги. - М., 1966, с. 95, 96)

2 (Сахаров В. Художественные журналы первых лет революции. - Декоративное искусство СССР, 1969, № 141, с. 44 - 47)

Соломон Абрамович Абрамов (1884 - 1957) родился в г. Могилеве, учился в коммерческом училище в Гомеле, а затем окончил филологический факультет Казанского университета, бывшего в ту пору одним из центров гуманитарного образования в России. Свою издательскую деятельность он начал в Киеве в последние предреволюционные годы массовым выпуском открыток, в том числе с портретами виднейших современных писателей и краткими сведениями о них. Начинание это носило явно просветительский характер. Перебравшись в Москву в 1916 г., Абрамов задумал основать издательство, специализирующееся на выпуске книг по искусству и поэзии. Марку издательства нарисовал Л. С. Бакст, живший в те годы в Париже. В архиве Абрамова сохранилось сопроводительное письмо Бакста от 4 октября 1916 г. к проекту марки:

"Милостивый государь!

Получив <...> заказ на марку издательства "Творчество", спешу выслать Вам рисунок. Я не мог выбрать другой символ для разновидного художественного творчества кроме Аполлона, покровителя художественного творчества. Надеюсь, что рисунок Вам понравится"1.

1 (ОР ГБЛ, фонд 1, к. 1, ед. хр. 1)

Рисунок понравился, марка работы Бакста стоит на всех изданиях "Творчества". Первым из них была сказка А. М. Ремизова "Сторона небывалая" с рисунками Д. С. Моора. Это был комплект из шести красочных открыток в обертке, на которой печатался текст сказки.

Дальнейшие издания "Творчества" делятся по своему характеру на три группы: поэтические сборники; литературно-художественные альманахи ("Творчество") и журнал "Москва"; книги по искусству и журнал "Русское искусство".

Наиболее многочисленной была группа поэтических сборников, в которую наряду с упоминавшимися изданиями входили книги В. Я. Брюсова, А. П. Глобы, С. Я. Парнок, К. А. Липскерова и самого Абрамова. Большинство сборников вышло в серийном оформлении, одного формата (18×15 см), в цветных обложках, рисованных В. Н. Левитским. К этим изданиям примыкала также книжечка Волошина о Верхарне (М., 1919), содержавшая обширную статью и ряд стихотворных переводов. Из перечисленных сборников наиболее удачным следует, пожалуй, признать "Иверни" Волошина (М., 1918). "Иверни" включали лучшие стихи поэта (составлял книжку сам автор), и на протяжении последующих 60 лет этот сборник являлся ценным источником знакомства советских читателей с поэзией Волошина: другие его книги были весьма малотиражными. "Иверни" были изданы в двух вариантах: на бумаге "верже" и на обычной. Обложка работы Чехонина, предназначавшаяся для "Художественной библиотечки "Творчества"", также отличала этот сборник.

В письме к издателю из Коктебеля 19 июля 1918 г. Волошин писал:

"Многоуважаемый Соломон Абрамович,

Получил 20 экз. "Иверней". Очень благодарю. Издание имеет вид очень приличный: особенно, что на белой бумаге, и текст, сколько я успел просмотреть, вполне исправен. (Но вместо опечаток есть другая типографическая погрешность: в нескольких стихотворениях перемешан порядок строчек и одни строки заменены другими).

Наружность "Иверней" мне нравится, но, к сожалению, обложка Чехонина производит впечатление очень уменьшенной... Нехорошо уменьшительная форма Библиотечка вместо Библиотека.

Больше буквально не к чему придраться.

Что касается дальнейших изданий Художественной библиотеки, то я Вам могу предложить только книжку о Поле Клоделе, куда войдут перевод его трагедии "Отдых седьмого дня" и оды "Музы" и статья"1.

1 (ОР ГБЛ, ф. 1, к. 2, ед. хр. 13)

Книга о Клоделе в свет не вышла. Вне серии спустя год появилась упоминавшаяся уже работа о Верхарне. На этом история творческих контактов Абрамова с Волошиным не кончилась, хотя "Верхарн" был последней книгой Волошина, которую выпустил издатель.

В "Художественной библиотечке "Творчества"" вышло еще одно примечательное издание: это была первая книга известного впоследствии советского писателя Б. Пильняка "С последним пароходом" (М., 1918).

Во вторую группу мы объединяем, так сказать, смешанные издания: альманахи "Творчество" (вышло два выпуска для взрослых и два детских) и журнал "Москва".

Альманахи "Творчество" (№ 1, 1917 и № 2, 1918), детские альманахи "Творчество" (№ 1 - 2, 1917) - в сущности, первые книжные издания Абрамова. В них ощущается еще неопытность издателя (особенно в детских альманахах), что сказывается и в несколько случайном подборе авторов и в эклектичном характере оформления. Однако уже в этих альманахах собираются будущие постоянные "абрамовские" авторы и художники: Блок, Брюсов, Гумилев, Сологуб, Волошин, Ремизов, Пильняк, Левитский, Митрохин, Чехонин, Замирайло. В альманахах печатаются также И. А. Бунин, А. И. Куприн, А. Н. Толстой - издатель удивительно быстро осваивается в столичной художественной среде.

Одновременно с альманахами Абрамов приступает к изданию журнала "Москва" (№ 1 - 7, 1918 - 1922), на котором уже с самого первого номера лежит печать индивидуальности издателя. Этот литературно-художественный журнал представлял собой одно из наиболее замечательных и в высшей степени своеобразных издательских начинаний Абрамова. На его страницах печатались стихи и проза Блока, Брюсова, Бальмонта, Есенина, Вяч. Иванова, Мандельштама, Кузмина, Ремизова, Замятина, искусствоведческие и критические эссе А. М. Эфроса, Я. А. Тугендхольда, П. П. Муратова, П. Д. Эттингера, Э. Ф. Голлербаха. Страницы журнала украшались гравюрами В. Д. Фалилеева, Н. Н. Купреянова, В. А. Фаворского, В. Н. Масютина, А. П. Остроумовой-Лебедевой, А. И. Кравченко, рисунками Д. И. Митрохина, В. Д. Замирайло, С. В. Чехонина, И. И. Нивинского, В. Н. Левитского.

Журнал выходил в формате 31×25 см на 16 страницах без обложки. Печатался он (как и многие другие издания Абрамова) в двух вариантах: на обычной бумаге и на "верже". Выходил журнал крайне нерегулярно (7 номеров за 5 лет). Он был разнообразно иллюстрирован. В любом другом издании воспроизведенные на одном развороте рисунки Розановой, Чехонина, Митрохина, Кандинского ("Москва" № 3, с. 6 - 7) резали бы глаз, а в "Москве" это воспринимается естественно: в этом дух журнала интеллигентно-домашнего, если угодно, камерного.

Заслуживает специального упоминания роль журнала в развитии советской гравюры. "Москва" была первым журналом, где гравюры печатались с досок художников. В этом смысле она проложила путь замечательным советским изданиям с гравюрами двадцатых годов.

Абрамов был не только издателем, но и редактором журнала. Он не просто "собирал" рукописи и графику для журнала, но и активно участвовал в работе над ними. Такой уже признанный в то время мастер как Е. И. Замятин писал Абрамову 9 мая 1923 г.: "... Посылаю также корректуру рассказа. Предлагаемое Вами изменение текста в конце - меняет всю соль рассказа. Я только слегка смягчил конец. Если в таком виде не пройдет - не печатайте рассказа совсем, беды не будет. А я через некоторое время дам Вам для "Москвы" другой рассказ"1.

1 (ОР ГБЛ, ф. 1, к. 2, ед. хр. 23)

В целом, несмотря на некоторый эклектизм, журнал "Москва" представлял собой несомненно примечательное явление в периодике первых послереволюционных лет. Своеобразие этого издания обеспечило ему успех в свое время (известный художник круга "Мира искусства" А. А. Арнштам писал из Петрограда Абрамову 7 марта 1919 г., что ищет и не может найти вышедшие номера). Сейчас номера журнала стали большой редкостью, а комплекты известны в считанном количестве экземпляров.

Переходя к третьей группе изданий "Творчества", изданиям по искусству, необходимо сделать сразу важное разъяснение. Само "Творчество" выпустило всего две книги: "Живопись Кончаловского" Муратова (М., 1923) и "Первый музей новой западной живописи" Тугендхольда (М.; Пг., 1923), журнал "Русское искусство" (№ 1 - 3, 1923), да каталог выставки Фалька (1924). Деятельность Абрамова в этом направлении была гораздо шире и плодотворнее, но протекала частично под маркой Госиздата. Наряду с монографией о П. П. Кончаловском С. А. Абрамов задумал и частично осуществил издание серии художественных монографий о мастерах круга "Мира искусства", "Союза русских художников" и других направлений. В их число должны были входить книги, посвященные А. Н. Бенуа, М. В. Добужинскому, Е. Е. Лансере, К. П. Петрову-Водкину, М. С. Сарьяну, К. Ф. Богаевскому, М. В. Нестерову, А. А. Маневичу, Г. И. Нарбуту. Вышли в свет под редакцией Абрамова монографии С. Р. Эрнста и А. Н. Бенуа об Остроумовой-Лебедевой, Н. И. Романова о Фалилееве, А. М. Эфроса и Н. Н. Лунина о Чехонине, М. А. Кузмина и В. В. Воинова о Митрохине. Эти книги полностью подготовлялись к печати Абрамовым на договорных началах для Госиздата. В проекте договора "контрагента" (в этой роли выступало книгоиздательство "Творчество") с Госиздатом предусматривалось, что на шмуцтитуле этих изданий будет стоять марка "Творчества", а во всех остальных местах (титул, задняя сторонка обложки и т. д.) - марка ГИЗа1. Впоследствии книги, ставшие классикой советского искусствоведения, вышли только под маркой ГИЗа, правда, с указанием на то, что художественная редакция принадлежит Абрамову. Фактически ГИЗ представлял материальную базу для этих изданий, осуществлял же их полностью - от замысла до типографии - Абрамов.

1 (Центральный государственный архив Октябрьской Революции (далее - ЦГАОР), ф. 395, оп. 10, ед. хр. 172, л. 58 - 59)

Начнем с изданий "Творчества". Вместе с журналом "Москва" "Русское искусство" явилось одним из наиболее заметных издательских начинаний Абрамова. Журнал был задуман и осуществлен как советский наследник предреволюционного "Аполлона" - ведущего русского журнала 1909- 1917 гг. по искусству. В отличие от "Москвы" "Русское искусство" представляло собой не библиофильски-эстетское "домашнее" издание - это был специализированный, богато иллюстрированный художественный журнал большого объема (свыше 100 страниц текста при формате 30×24 см) "по вопросам живописи, графики, гравюры, зодчества, скульптуры, литературы, театра, музыки, танца, народного творчества (крестьянского искусства) и художественной промышленности" - как говорилось в рекламе журнала. Журнал должен был выходить шесть раз в год, но были напечатаны довольно значительным для того времени тиражом 3000 экз. только две книжки (№ 1 и 2 - 3). Однако и они представляют собой заметное явление в советской искусствоведческой литературе тех лет. Программа журнала была сформулирована в редакционном вступлении к первому номеру: "... далекое от простого собирательства и эклектизма, "Русское искусство" будет отображать наше современное художественное бытие в его целом, закреплять - как документы - наиболее яркие его явления, к какому бы из противоборствующих станов они не относились. Твердо стоя на почве признания нашей революционной современности, со всеми ее новаторскими порывами, и приглядываясь к буйным побегам ее молодого искусства - журнал, в то же время, будет беречь лучшие художественные страницы прошлого и по-новому вчитываться в них"1. И надо сказать, что вышедшие номера журнала в значительной степени отвечали поставленным задачам. В центре внимания журнала было изобразительное искусство, прежде всего живопись. Статьи, опубликованные в двух вышедших книжках журнала, свидетельствуют о широком, но отнюдь не эклектичном подходе редакции к отбору публикуемого материала. Из пестрой картины художественной жизни начала двадцатых годов отобрано и проанализировано творчество действительно первоклассных мастеров: Петрова-Водкина, Кончаловского, Кузнецова, Фалька, петербургских "левых" - Татлина и Малевича, а из графиков - Чекрыгина, Нарбута и Фаворского. Если учесть, что журнал вовсе не предполагалось остановить на третьем номере, то надо признать, что отбор имен был произведен с большим вкусом. И это не случайно, ибо к сотрудничеству в журнале были привлечены лучшие искусствоведческие силы: уже знакомые нам имена "абрамовского" круга - Муратов и Голлербах, Эфрос и Тугендхольд, а также А. В. Бакушинский, Д. Е. Аркин, Н. Н. Пунин, М. С. Шагинян. В журнале опубликованы также статьи по древнерусскому и народному искусству таких ведущих специалистов, как И. Э. Грабарь и В. С. Воронов, и работы по прикладному искусству, театру, музыке. В качестве литературных критиков на страницах журнала выступали Мандельштам и Замятин. Большую роль играл отдел хроники и библиографии, дававший информацию не только о столичных выставках, но и о художественной жизни провинции, о музейной работе, новых изданиях по искусству и т. д.

1 (Русское искусство, 1923, № 1, с. 7)

Своеобразное место в ряду абрамовских изданий занимает книжка Тугендхольда "Первый музей новой западной живописи". Музей этот, как известно, возник в результате национализации Советской властью знаменитой Щукинской коллекции, главным образом, французской живописи - импрессионистов и постимпрессионистов. С книжки Тугендхольда начиналось освоение коллекции советским искусствоведением. Понятно большое научно-просветительское значение этого издания, выпущенного как первая книга в задуманной Абрамовым серии "Новое западное искусство в русских государственных музеях". Книга была издана прекрасно, на любимой Абрамовым бумаге "верже", с отличными цветными вклейками.

Подготовленные Абрамовым и вышедшие в "Творчестве" и ГИЗе монографии о Кончаловском, Остроумовой-Лебедевой, Фалилееве, Митрохине и Чехонине представляют собой вершины советской книги по искусству 20-х годов1. Как подбор художников, о которых писались эти книги, так и соответствующий подбор авторов статей свидетельствовал о тонком вкусе издателя. Оформление книг было продумано и осуществлено на высоком полиграфическом уровне. Что касается репродукций, то ни в одном из позднейших изданий, посвященных тем же художникам (за исключением, пожалуй, Кончаловского) такое качество репродукций уже не было достигнуто. В особенности это касается гравюр Остроумовой-Лебедевой и Фалилеева, воспроизведенных почти факсимильно (некоторые из гравюр Остроумовой печатались с авторских досок). Высокий полиграфический уровень этих изданий определялся не какими-либо особыми возможностями (которых не было) или малыми тиражами (которые были по тем временам не так уж малы: 5 - 6 тыс. экз.), а исключительно усилиями и способностями Абрамова. Как отмечалось в докладной записке одного из ГИЗовских служащих ("заведующего столом контрагентов"), "контрагенство в лице т. Абрамова проявляет большой натиск, колоссальную требовательность и настойчивость..."2 В каких трудных условиях приходилось в те годы работать, можно судить по письмам Абрамова и Митрохина. 16 января 1924 г. Абрамов пишет в Госиздат: "Я создал для Госиздата 4 монографии... являясь не только их творцом, редактором и художественно-техническим исполнителем, но и взяв на себя... еще и финансовые тяготы по их изданию". "Мне приходилось и приходится вкладывать на организационные расходы личные средства..."3

1 (В один ряд с этими книгами можно поставить также подготовленную Комитетом популяризации художественных изданий и изданную ГИЗом монографию В. В. Воинова о Кустодиеве (М., 1926))

2 (ЦГАОР, фонд 395, оп. 10, ед. хр. 137, л. 130)

3 (Там же, ед. хр. 172, л. 94)

Монографию о Митрохине составляли петроградцы, и живший в Петрограде Митрохин 8 сентября 1920 г. сообщал Абрамову1: "Пишут текст М. А. Кузмин, А. Я. Левинсон2 и В. В. Воинов. Когда они сдадут статьи - одному Богу известно. М. А. Кузмин принялся за это ретиво, что меня сначала очень обрадовало (Вы знаете, как я люблю его как писателя), попросил авансом 3000 р. и обещал через 10 дней принести готовую статью. Прошел уже месяц - статьи, конечно, нет", - и дальше о себе:

1 (ОР ГБЛ, фонд 1, к. 2, ед. хр. 30, л. 2, 3)

2 (Статья Левинсона в книгу не вошла)

"Я могу работать только при человеческой обстановке: холод, голод и физическая усталость подавляют меня совершенно. И монография, может быть, действительно, выйдет своевременно, чтоб напомнить о Митрохине, бывшем художнике, не высказавшем всего, что наполняло мозг, ибо - раздавленном лишениями и переутомленном".

"Вы давно что-то, дорогой С. А., не были в Пб., очень было бы приятно увидеться с Вами. Ведь Вы, надеюсь, такой же бодрый и энергичный, как и прежде".

Такие дружеские и теплые слова - не редкость в письмах художников и поэтов к Абрамову. Письма Митрохина, Фалилеева, Глобы, Волошина к Абрамову написаны как к человеку своего круга, человеку искусства.

В конце 1922 г. монография о Митрохине вышла в свет, и 10 декабря Митрохин пишет Абрамову: "... двухлетние Ваши труды закончились блестяще: книга производит прекрасное впечатление. Это не только мое мнение, но и всех, кто ее видел"1.

1 (ОР ГБ Л, фонд 1, к. 2, ед. хр. 30, л. 4)

В числе запланированных, но так и не вышедших в свет абрамовских монографий была книга М. А. Волошина о Сарьяне. В связи с ее подготовкой Волошин в 1923 - 1928 гг. не раз писал Абрамову. 2 декабря 1923 г., принимая предложение о составлении монографии, Волошин сообщает о своем желании (так и не осуществившемся) съездить в Эривань (Ереван. - М.Р.): "... хочется повидать и Сарьяна, и Армению ("Советская Армения" Мариэтты Сергеевны очень заинтересовала). Хочется написать и о том, и о другом"1.

1 (Там же, к. 1, ед. хр. 18)

Из письма Волошина от 5 сентября 1924 г. мы узнаем и о других не состоявшихся издательских планах Абрамова: "Монография о Сурикове и статья о Бенуа оставлены для Вас в Москве"1 ... Статья о Бенуа предназначалась, возможно, для очередного номера "Русского искусства".

1 (Там же)

Не надолго пережило журнал и книгоиздательство "Творчество". Оно перестало существовать в 1924 г. С "Творчеством" связаны годы наиболее плодотворной деятельности Абрамова. В течение нескольких лет он успел не только войти в литературно-художественные круги Москвы, а отчасти и Петрограда, но и стать в них заметной фигурой.

Для полноты картины интересно добавить, что издательская работа не исчерпывала творческих усилий Абрамова. Так, в 1920 г. он создает "Школу изобразительных искусств" - интернат для художественно одаренных детей, которых специально разыскивал по детским домам. Школа находилась в бывшем имении князя Голицына "Большие Вяземы". Преподавали там Н. П. Ульянов, В. Д. Фалилеев. Начинание это было настолько заметным, что в 1921 г. делегаты проходившего в Москве III конгресса Коминтерна совершили специальную ознакомительную поездку в школу.

В конце 20-х - начале 30-х гг. Абрамов организует по разработанной им программе цикл концертов, посвященных Пушкину. Не прекращается и издательская деятельность Абрамова: издания по искусству и поэзии стали делом всей его жизни. В 1926 - 1928 гг. Абрамов выпускает известную серию поэтических сборников с маркой издательства "Узел", гравированной Фаворским. Среди этих книжек - сборники стихов Б. Л. Пастернака, Б. К. Лившица, В. А. Луговского, П. Г. Антокольского и других поэтов, из них четырнадцать книг вышли в едином оформлении, в одном общем футляре.

В том же 1926 г. Абрамов организует на кооперативных началах совместно с Грабарем, Кончаловским, Эттингером и Юоном "Московское художественное издательство" (МХИ). Марку издательства выполнил Фаворский. Заметными изданиями МХИ были книги А. К. Виноградова "Мериме в письмах к Соболевскому" (1928) и сборник "Советский фарфор" (1927). Особенно интересна книга Виноградова, где впервые опубликованы найденные автором письма "французского классического писателя к интереснейшему русскому корреспонденту"1.

1 (Письмо Виноградова Грабарю в кн.: "Грабарь. Письма. 1917 - 1941". - М., 1927, с. 347)

В 1929 г. издательство выпустило книгу "Вятская лепная глиняная игрушка" в рисунках А. И. Деныпина. Текст к книге писал Бакушинский, обложку рисовал Чехонин. Книга представляла собой первый (и, к сожалению, единственный) выпуск затеянной Абрамовым серии "Русская народная игрушка". В письме А. Н. Бенуа Кандаурову сохранился его восторженный отзыв об этом издании1.

1 (ОР ГБЛ, ф. 1, к. 1, ед. хр. 3)

Однако время частных издательских начинаний прошло. Прекратило существование и МХИ. В дальнейшем Абрамов работает в различных государственных издательствах. Еще в 1926 г. он выпускает совместно с Грабарем сборник "Вопросы реставрации" (№ 1). В 30-х годах Абрамов пытается впервые в СССР наладить выпуск комплектов художественных открыток. Он предлагает составить "Маленькую художественную библиотечку ИЗОГИЗа", включающую комплекты открыток с репродукциями картин Третьяковской галереи, Музея изобразительных искусств и т. п. с пояснительными текстами к ним. Каждый такой комплект предполагалось выпускать в специальном футляре. Ставший ныне привычным миллионам советских людей этот тип издания не получил широкого распространения в те годы.

К числу осуществленных под руководством Абрамова в 30-х годах изданий относятся известные альбомы "Коро в музеях СССР" (1938), "Музей нового западного искусства" (1935) и ряд других. Однако это уже совсем иные издания. Книга тридцатых годов, как предвидел А. М. Эфрос, - "это книга иных масштабов, иных форм и иного назначения"1.

1 (Москва, № 2, 1919, с. 15)

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Пользовательского поиска




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник:
http://redkayakniga.ru/ "RedkayaKniga.ru: Редкая книга"

Рейтинг@Mail.ru