Новости    Старинные книги    Книги о книгах    Карта сайта    Ссылки    О сайте    


Русская дореформенная орфография


Книговедение

А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я A B D







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Иван Грозный на миниатюрах Царственной книги (В. В. Морозов)

Среди бесценных сокровищ русской средневековой культуры, дошедших до нас, поражает грандиозность Лицевого летописного свода XVI в. В том виде, в каком он сохранился, десять его отдельных частей насчитывают почти 10000 листов, украшенных 16000 миниатюр. Неспешно разворачиваются перед читателем на его страницах события библейских времен и, сменяясь византийской историей, подводят к изложению истории Руси, заканчиваясь на 1567 г., т. е. на известиях, современных составителям Лицевого свода.

"Он возник в эпоху, когда Московская Русь, упоенная высоким положением, какого достигла - по крайней мере в сознании своих государственных людей и своих книжников - под властью Грозного царя, подводила итоги своим историческим воспоминаниям, ища в них оправдания притязаниям, шедшим так далеко", - писал А. Е. Пресняков*.

* (А. Е. Пресняков. Московская историческая энциклопедия XVI в. - "Известия Отделения русского языка и словесности АН", т. V, кн. 3. СПб., 1900, с. 824-825.)

Среди исследователей Лицевого свода нет единодушия. Датируют его в пределах царствования Ивана Грозного от 50-х - первой половины 60-х до 70-х - начала 80-х годов XVI в.*. Отсюда вытекают серьезные расхождения в трактовке содержания памятника, идут споры о содержании Царственной книги, значении ее приписок и времени их внесения в летопись**.

* (О проблеме датирования Лицевого свода см.: А. А. Амосов. К вопросу о времени происхождения Лицевого свода Ивана Грозного - "Материалы и сообщения по фондам Отдела рукописной и редкой книги Библиотеки АН СССР". М., 1978, с. 6-14.)

** (См. историографию: С. О. Шмидт. О датировке приписок в Лицевом летописном своде. - "Общество и государство феодальной России". М., 1975; Р. Г. Скрынников. Загадка древнерусского автографа. - "Вопросы истории", 1977, № 9.)

Царственная книга* (названа так открывателем и первым публикатором ее - М. М. Щербатовым**) содержит известия от последних дней жизни Василия III (конец 1533 г.) до событий, связанных с болезнью Ивана Грозного в марте 1553 г. Частично они нашли отражение и в так называемой Никоновской летописи с рисунками (Синодальный том Лицевого свода)***, где имеются известия за 1535-1542, 1553-1560, 1563-1567 гг. Приписки на полях и в тексте Синодального тома за 1535-1542 гг. перебелены в соответствующих местах Царственной книги, поэтому она считается последним, завершающим томом Лицевого свода и вместе с Синодальным томом относится к летописанию "лет новых"****. Летописание "лет старых", изложение событий отечественной истории за 1114-1533 гг. - Голицынский и Лаптевский тома ГПБ (F.IV.225, F.IV. 233), Древний летописец, или I и II Остермановские тома БАН (30.7.30), и Шумиловский том ГПБ (F.IV.232)*****. Такова русская часть Лицевого свода.

* (См.: "Описание рукописей Синодального собрания (не вошедших в описание Л. В. Горского и К. И. Невоструева"), ч. I. Сост. Т. Н. Протасьева. М., 1970, №750 (Син. 149), с. 128-130.)

** ("Царственная книга, т. е. летописец царствования царя Иоанна Васильевича от 7042 до 7061, напечатан с письменного, который сыскан в Москве в Патриаршей библиотеке". СПб., 1769.)

*** (См.: "Описание рукописей Синодального собрания", № 749 (Син. 962), с. 127-128.)

**** (Термин заимствован из описи Царского архива: "Ящик 224. А в нем списки, что писали в летописец, лета новые прибраны от лета 7068-го до лета 7074-го и до 76-го" ("Описи царского архива XVI в. и архива Посольского приказа 1614 г." М., 1960, с. 43).)

***** (Краткое описание, характеристику и таблицу последовательного хронологического чтения томов Лицевого свода на период 1114-1533 гг. см.: О. И. Подобедова. Миниатюры русских исторических рукописей. К истории русского лицевого летописания. М., 1905, с. 108-111, 322-331.)

Текст ее опубликован, к сожалению, не полностью*, он соотнесен с Никоновской летописью**, разночтения с которой даны в подстрочных примечаниях, варианты приведены в отдельных столбцах, подстрочных примечаниях и приложениях. Текст Царственной книги опубликован отдельно***. Частично опубликованы миниатюры**** и полностью водяные знаки бумаги Царственной книги*****. Тем самым создана основа для всестороннего изучения этого уникального памятника отечественного летописания.

* (Краткое описание, характеристику и таблицу последовательного хронологического чтения томов Лицевого свода на период 1114-1533 гг. см.: О. И. Подобедова. Миниатюры русских исторических рукописей. К истории русского лицевого летописания. М., 1905, с. 293.)

** (Летописный сборник, именуемый Патриаршею или Никоновского летописью. - "ПРСЛ", т. IX-XIII. СПб., 1862-1906. Фототипически переиздан в 1965 г. под наблюдением академика М. Н. Тихомирова.)

*** ("ПРСЛ", т. XIII, вторая половина.)

**** (См.: Ф. И. Буслаев. Исторические очерки русской народной словесности и искусства, т. II (Древнерусская народная литература и искусство). СПб., 1861; А. П. Барсуков. Род Шереметевых, кн. 1. СПб., 1881; А. Д. Нечволодов. Сказания о Русской земле, ч. 3-4. СПб., 1913; С. П. Бартенев. Московский Кремль в старину и теперь, кн. 2. Государев двор. Дом Рюриковичей. М., 1916; С. О. Шмидт. Миниатюры Царственной книги как источник по истории московского восстания 1547 г. - "Проблемы источниковедения", т. V. М., 1956; он же. Первое упоминание об Оружейной палате и миниатюры Царственной книги. - "Государственные музеи Московского Кремля. Материалы и исследования", вып. II. М., 1976; он же. К истории лицевого летописания времени Ивана Грозного. - "Древняя Русь и славяне". М., 1978; F. Kampfer. Das russische Herrscherbild von den Anfangen bis zu Peter dem Grossen. Studien znr Entwicklung polilischer Ikonografie im bysantinischen Kulturkreis, 1978.)

***** (Н. П. Лихачев. Палеографическое значение бумажных водяных знаков, т. I. СПб., 1899, с. CLIV-CLXXXI (Глава IV. Лицевые летописцы и "Царственная книга"), с. 302-303, 308-312.)

В данной работе ставится задача рассмотреть значение изображений Ивана Грозного в миниатюрах Царственной книги. Всего рисунков в летописи 1072, раскрашены они только на лл. 7 и 8 об. Миниатюры последних листов слегка намечены свинцовым карандашом. На некоторых листах оставлены пустые места над текстом. Это позволило В. Н. Щепкину выделить три стадии работы над миниатюрами: карандашный очерк - чернильный рисунок - иллюминованный рисунок*. Однако О. И. Подобедова склонна выделить четыре стадии: беглый набросок - строго прорисованная композиция - рисунок, обведенный чернилами - раскрашенная миниатюра**. Работа делилась между несколькими мастерами. Можно выделить карандашные рисунки на двух соседних листах, выполненные одной рукой, но обведенными чернилами разными художниками. Разные художники могли раскрашивать рисунки, сделанные одним мастером. Редактирование миниатюры велось, как правило, до раскраски***. Но можно отметить и исправление миниатюр (в Шумиловском томе****) уже после раскраски.

* (В. Н. Щепкин. Лицевой сборник имп. Российского исторического музея. - "Известия Отделения русского языка и словесности АН", т. IV, кн. 4. СПб., 1900, с. 1351.)

** (О. И. Подобедова. Миниатюры русских исторических рукописей, с. 148. В более поздней ее работе ("Московская школа живописи при Иване IV". М., 1972, с. 83) говорится только о трех стадиях, исключена стадия четко прорисованной композиции.)

*** (О. И. Подобедова. Миниатюры русских исторических рукописей, с. 149 прим. 33; она же. Московская школа..., с. 83.)

**** (В Шумиловском томе (л. 228 об.) была изображена сцена крещения Василия III. Л начиная с л. 289 об., последовательно закрашивается чернилами фигура молодого человека, постоянно находящегося рядом с Иваном III. Это его сын - Иван Иванович Молодой. Вероятно, редактор, ознакомившись с уже готовой частью Лицевого свода (она была даже раскрашена) распорядился уничтожить на лл. 289 об., 290, 290 об., 300, 312 об. изображение Ивана Ивановича, чей сын Дмитрий был поставлен на великокняжеский престол еще при жизни деда (1498 г.), а позднее тем же дедом сведен с него (1502 г.).)

Художники Лицевого свода стремились дать миниатюру, полностью адекватную тексту, т. е. полностью, буквально до слова ему соответствующую (это отмечено А. В. Арциховским и С. О. Шмидтом*), хотя и в пределах условной схемы, живущей своей книжной жизнью. Но вместе с тем миниатюрист, иллюстрировавший текст, одевал его "плотью конкретных житейских подробностей"**. Так, в Царственной книге на миниатюре л. 454 в соответствии с текстом ("И того же месяца посылает государь в Городок по царя Шигалея") изображался посол Ивана IV, стоящий перед Шах-Али (Шигалей в русских летописях). Этим художник показал, что передается устное распоряжение. Редактор, неудовлетворенный таким текстом, сделал приписку карандашом: "веле ему быти к себе на Москву", которая перебелена на л. 453 об.***. Новый текст требует новую миниатюру****, на которой художник иллюстрирует "веле" - посол Ивана IV держит перед Шах-Али лист бумаги с текстом (он условен). Миниатюрист показывает, как именно "веле" Иван Грозный Шигалею идти в поход на Казань.

* (А. В. Арциховский. Древнерусские миниатюры как исторический источник. М., 1944; С. О. Шмидт. Становление российского самодержавства. Исследование социально-политической истории времени Ива на Грозного. М., 1973, с. 42-66.)

** (О. И. Подобедова. Миниатюры русских исторических рукописей, с. 131.)

*** ("ПРСЛ", т. XIII, с. 482 с прим. 2, 3.)

**** (На это обстоятельство указывали А. В. Арциховский (указ. соч., с. 155) и С. О. Шмидт (указ. соч., с. 42-66).)

Сравнение миниатюр Царственной книги на листах с приписками и па тех листах, где они были перебелены, а также миниатюр Синодального тома с рисунками Царственной книги в тексте 1535-1542 гг., которая вторична по отношению к Синодальному тому в этой части*, позволяет сделать весьма важные выводы.

* (См. анализ текста и миниатюр Синодального тома и Царственной книги, посвященных "убийству Федора Мишурина": С. О. Шмидт. К истории лицевого летописания..., с. 265-280, илл. на с. 272, 273.)

Анализируя миниатюры Лицевого свода, А. В. Арциховский подчеркнул, что в нем "проведена официальная московская идеология": особо иллюстрируются все упоминания о Москве XII и XIII вв., присоединения к Москве удельных княжеств, т. е. процесс так называемого "собирания Руси". Цель Синодального тома, как отметил А. В. Арциховский, "всяческое прославление Ивана IV и, прежде всего, военное"*.

* (А. В. Арциховский. Древнерусские миниатюры..., с. 151-152.)

Для того чтобы с возможной полнотой выявить особенности изображения Ивана Грозного на миниатюрах Царственной книги, необходимо определить взаимоотношения ее с Синодальным томом. Как уже было отмечено, в Царственной книге описываются события 1533-1553 гг., в Синодальном томе - 1535-1567 гг. Обе летописи параллельны в описании 1535-1542 гг., а имеющиеся в этой части Синодального тома приписки перебелены в Царственной книге, приписки которой обнаруживаются только в описании 1542-1553 гг. Частично они перебелены, и листы эти приплетены в конце рукописи.

Анализ приписок позволил Т. Н. Протасьевой предположить, что обе рукописи "представляют собой единый текст, разделенный впоследствии на два тома", а собственно Царственной книгой следует считать только ее отрезок с конца 1535 по 1542 г.*. Из рукописи, существующей в настоящее время, выделяется тем самым гипотетически ее часть, но утрачивается внимание к кодексу в том виде, в каком он сложился.

* ("Описание рукописей Синодального собрания", с. 127.)

Для доказательства необходимости изучения данного памятника в целом обратимся к материалу, на котором он написан. В Царственной книге 687 листов. При переплетении порядок их был нарушен и современная пагинация не совпадает с должной последовательностью изложения. Исследование текста летописи позволяет установить порядок листов, соответствующий последовательности событий. Образуются два ряда: первичный текст и текст с параллельными известиями, как правило учитывающий редакторскую правку.

Частично это разделение опирается на анализ водяных знаков бумаги. Еще Н. П. Лихачев выделил два слоя*: бумага с филигранями, известными по другим томам Лицевого свода, и бумага с филигранями, отмеченными только в Царственной книге. Сопоставление текста и водяных знаков показывает, что первый слой бумаги несет на себе известия 1542-1553 гг., и именно на нем написаны приписки. Второй слой несет известия 1533 г. - марта 1542 г. и известия 1542-1553 гг., но лишь те, где перебелены приписки или дан повторный текст (как правило, с некоторыми изменениями**). Необходимо также отметить, что водяные знаки бумаги первого слоя те же самые, что и в Синодальном томе.

* (Н. П. Лихачев. Палеографическое значение..., ч. I, с. 309-311.)

** (Подробно об этом см.: В. В. Морозов. О составе так называемой Царственной книги (Син. 149). - "Вопросы источниковедения и историографии отечественной истории досоветского периода". М., 1979.)

На бумаге первого слоя имеется помета, давшая название рукописи: "Царственная 1-ая часть" (с л. 278), а также помета "4-я часть" на тех листах, где написаны известия 1542-1546 гг. Сама помета "Царственная 1-ая часть" относится к той части рукописи, которая открывается рассказом о совете великого князя Ивана IV с митрополитом и боярами 13 декабря 1546 г., когда был поставлен вопрос о предстоящем его венчании на царство (см. илл.). На листах второго слоя таких помет не обнаруживается.

Предположение Т. Н. Протасьевой о том, что Царственной книгой можно считать только текст за 1535-1542 гг., нуждается в некотором уточнении. Действительно, текст на бумаге первого слоя с филигранями, встречающимися и в других томах Лицевого свода, с известиями за 1535-1542 гг. (в Синодальном томе), 1542-1553 гг. (в Царственной книге), 1553-1567 гг. (в Синодальном томе) представлял когда-то единое целое. Назовем его первым вариантом официальной истории царствования Ивана Грозного. Отрезок этого текста за 1535-1558 гг. отредактирован и сохранил приписки, которые, как считают многие исследователи, сделаны не без участия Ивана Грозного. Известия за 1533-1535 гг. могут быть восстановлены по Александро-Невской летописи*. Утраченные листы с известиями за 1560-1563 гг. восстанавливаются по Лебедевской летописи**. Таким образом, мы можем получить полное представление о тексте первого варианта летописи. Она делилась на две части: "4-я часть" (вероятно, четвертая часть Лицевого свода) и "Царственная" (начиналась с описания венчания Ивана Грозного на царство).

* (С. А. Морозов. Повесть о смерти Василия III и русские летописи. - "Теория и практика источниковедения и археографии отечественной истории". М., 1978, с. 61-77.)

** ("ПСРЛ", т. XIII, вторая половина, с. V-VI.)

Эта летопись была дополнена и изменена редактором, тем самым начавшим работу над новым, вторым вариантом.

Он написан на бумаге второго слоя. Здесь нет уже приписок, сделанных чернилами, помет "4-я часть" и "Царственная 1-ая часть". Работа эта не была завершена. На бумаге второго слоя написаны, как уже было отмечено, только лишь известия 1533-1542 гг. и несколько фрагментов, относящихся к 1546-1553 гг.

Но если даже отдельные замечания редактора приводили к изменению миниатюр, то возможно ли, чтобы не отразилось редактирование летописи в целом? Такое изменение миниатюр, которое можно назвать концептуальным, наблюдается при сравнении изображения Ивана Грозного в первом и втором вариантах летописи.

В исторической литературе утвердилось мнение о том, что если в Синодальном томе Иван Грозный изображался в княжеской шапке до л. 93 (в описании 1535-1542 гг.) и в царской короне с л. 94 (с 1553 г.)*, то в Царственной книге на голове великого князя, а затем - царя рисуется только корона**. Первое справедливо, но в отношении Царственной книги - это ошибка.

* (Но Р. Г. Скрынников (Р. Г. Скрынников. Загадка древнего автографа, с. 101) подчеркивает, что миниатюры Синодального тома изображали Ивана IV и его мать, Елену Глинскую, в княжеских шапках, а Царственной книги - в коронах, ссылаясь при этом на О. И. Подобедову (О. И. Подобедова. Московская школа живописи...), которая этого вопроса не рассматривала. Мнение Р. Г. Скрынникова ошибочно.)

** (Т. Н. Протасьева. К вопросу о миниатюрах Никоновской летописи (Син. № 962). - "Летописи и хроники". М., 1974, с. 278; Р. Г. Скрынников. Загадка древнего автографа, с. 101.)

Обратимся к широко известным и неоднократно публиковавшимся миниатюрам, иллюстрирующим рассказы о боярской "брани" 1543 г. (л. 249) (см. илл.) и расправе с А. М. Шуйским (л. 252 об.) (см. илл.). На первой из упомянутых миниатюр на заднем плане из палат выглядывает мальчик в шапке великого князя. На второй - тот же мальчик и снова в шапке. Восседая на престоле, он повелевает отвести Шуйского в тюрьму. Именно в княжеской шапке изображается Иван Грозный на миниатюрах лл. 220, 220 об., 237, 237 об., 249 и далее (см. илл.) до л. 288. Следовательно, здесь можно видеть устойчивый признак. Напомним, что бумага всех этих листов имеет филиграни, аналогичные водяным знакам Синодального тома. Нал. 288 в соответствии с текстом ("А по амине. Велел к себе митрополит принести шапку с налоя... сиречь венец"*) Иван Грозный изображен в короне. На л. 288 об. царь в княжеской шапке, но затем с л. 289 (см. илл.) на голове его рисуется только венец, приличествующий его сану.

* ("ПСРЛ", т. XIII, с. 452.)

Расправа с Ф. С. Воронцовым. Царственная книга. ГИМ, Син., № 149, л. 249
Расправа с Ф. С. Воронцовым. Царственная книга. ГИМ, Син., № 149, л. 249

Расправа с А. М. Шуйским. Царственная книга. ГИМ, Син., №149, л. 252 об
Расправа с А. М. Шуйским. Царственная книга. ГИМ, Син., №149, л. 252 об

Отправление войск. Царственная книга. ГИМ, Син., № 149, л. 257 об
Отправление войск. Царственная книга. ГИМ, Син., № 149, л. 257 об

Совет с митрополитом. Царственная книга. ГИМ, Син., № 149, л. 279
Совет с митрополитом. Царственная книга. ГИМ, Син., № 149, л. 279

Возглашение многолетия венчанному на царство Ивану IV. Царственная книга. ГИМ, Син., № 149, л. 289
Возглашение многолетия венчанному на царство Ивану IV. Царственная книга. ГИМ, Син., № 149, л. 289

Отправление войска для штурма Казани. Царственная книга. ГИМ, Син., № 149, л. 525
Отправление войска для штурма Казани. Царственная книга. ГИМ, Син., № 149, л. 525

Корону носят в Лицевом своде "цари" турецкие, греческие, болгарские, армянские, а также ордынские ханы. Термин "царь" ассоциируется с определенным головным убором, как и термин "князь". Венцы сохраняются царями даже после низложения: Бая зет, посаженный в клетку Темир-Аксаком (Тамерлан русских летописей), имеет тот же головной убор, что и его победитель*. Корона появляется, например, на голове Мамая только перед Куликовской битвой, когда он, уже двадцать лет пробыв фактическим ханом, присвоил себе этот титул**. В шапке с косыми отворотами изображался и Темир-Аксак, пока не стал "царем"***.

* (А. В. Арциховский. Древнерусские миниатюры..., с. 115, 117.)

** (А. В. Арциховский. Древнерусские миниатюры..., с. 116.)

*** (В. П. Гребенюк. Лицевое "Сказание об иконе Владимирской богоматери". - "Древнерусское искусство. Рукописная книга", [сб. 1]. М., 1972., илл нас. 350, 351, 353.)

Именно поэтому корона появляется на голове Ивана Грозного, ставшего "царем". Венчание Ивана Грозного на Царство - важный акт в централизации государства. Оно торжественно утверждало единодержавие на всей территории Российского государства. Для Царственной книги был специально составлен чип венчания, совершенно отличный от чина Никоновской летописи.

При составлении второго варианта официальной истории царствования Ивана Грозного в изображение царя было внесено важное концептуальное изменение. Сравним две миниатюры, на которых изображено "убийство Федора Мишурина"*. В первом варианте (л. 44 Синодальный том, л. 44) великий князь изображен не был. Во втором (Царственная книга, л. 170 об.) появляется великий князь в царской короне. Таким же мы видим Ивана-младенца в сцене прощания умирающего Василия III с сыном (Царственная книга, л. 46 об.) (см. илл.). Отец в шапке великого князя, сын - в царской короне. Таким же он принимает послов (лл. 79, 98, 99), отправляет войска (лл. 88 об., 197 об.).

* (С. О. Шмидт. К истории лицевого летописания..., илл. на с. 272, 273.)

Прощание Василия III с сыном и женой. Царственная книга. ГИМ, Сан., N° 149, л. 46 об
Прощание Василия III с сыном и женой. Царственная книга. ГИМ, Сан., N° 149, л. 46 об

Тем самым Иван Грозный поднимается над государями, присвоившими корону, как, например, уже упоминавшиеся Темир-Аксак и Мамай и как изображался он сам в первом варианте последнего тома Лицевого свода. Он приравнивается к "царям" по рождению; здесь необходимо подчеркнуть, что сам Иван Грозный писал о себе как о родившемся "во царьствии" и воцарившемся "божиим повелением и родителей своих благословением все взяхом, а не чюжее восхитихом"*. Возможно, такой же правке подвергся и Шумиловский том Лицевого свода**, где развернуто показаны сцены рождения и крещения Ивана Грозного и где он также изображался в короне (лл. 888 об., 889 и далее до л. 952 об.). По Царственной книге Василий III говорил, прощаясь с сыном: "Приспевая возрастом, самодержавно царствуй вместо мене, отца твоего, благочестиво управляя скипетро крестоносного хоругви всего Русского царствиа, извечного нашего отечества"***.

* ("Послания Ивана Грозного". М.-Л., 1951, с. 10, 72.)

** (Особый характер Шумиловского тома подчеркивал А. Е. Пресняков (А. Е. Пресняков. Царственная книга, ее состав и происхождение. СПб., 1893, с. 20-21), но затем отказался от его выделения на основании сопоставления текста Лицевого свода и Степенной книги (он же. Московская историческая энциклопедия..., с. 858 и ел.). Изменение хронологического принципа изложения на тематический "после первой трети" Шумиловского тома отмечает и О. И. Подобедова (О. И. Подобедова. Миниатюры русских исторических рукописей, с. 128).)

*** ("ПСРЛ", т. XIII, с. 415.)

Миниатюры, таким образом, становятся важным источником для изучения истории сложения рукописи, являясь убедительным аргументом в пользу предположения о существовании первого и второго вариантов официальной истории царствования Ивана Грозного, подтверждая данные филигранологии и текстологического анализа. Миниатюры подтверждают справедливость представления о Царственной книге как о кодексе, сложившемся в результате соединения первого варианта летописи (с текстом за 1542-1553 гг.) и второго ее варианта (с текстом за 1533-1542 гг. и на листах с перебеленными приписками и двойными известиями, относящимися к 1546-1553 гг.).

В Лицевом своде мы имеем своеобразное житие Ивана Грозного. От чудесного рождения Ивана Грозного после пеших шествий "по далечейшим пустыням" Василия III и Елены Глинской, когда бог не дал "погибнуть бес пастыря не точию едины Русскиа страны, но и вси православии" и даровал "родити наследника"* (в Шумиловском томе), повествование проходит через описание трудного сиротского детства к триумфу венчания на царство, Казанскому взятию, уже освященному чудесами, предсказывающими победу, которая предопределена споспешествованием небесных сил. Житие это не завершено (в рамках Царственной книги). Оно заканчивается описанием крещения казанских "царей" и казанского "строения", которое разрывается рассказом о болезни Ивана Грозного в марте 1553 г., когда в очередной раз появилось боярское противостояние царю.

* ("ПСРЛ", т. XIII, с. 49.)

Конфликт царя с боярами - тема, неоднократно поднимавшаяся Иваном Грозным. Они сравнивались с Иудой, так как "наслаждения ради мира сего, православное християнство и нас, своих государей, предали"*. При этом выступления боярства проявляются в двух формах - междоусобные "брани" в период малолетства Ивана Грозного и тайные заговоры, когда после казни А. М. Шуйского в декабре 1544 г. "начали бояре от государя страх имети [и послушание]"**. На миниатюрах Царственной книги перед нами предстают картины боярского произвола. Так, на л. 249 (миниатюра первого варианта) изображена сцена боярской "брани" 1544 г.: толпа людей "обдирает" Ф. С. Воронцова. В нижней части листа он лежит уже обнаженным. Слева митрополит, молящий за избиваемого. Мальчик великий князь на заднем плане напуган происходящим (мы еще не полностью знаем смысл жестов на миниатюрах, но возможно, что в данном случае пальцы великого князя сложены в двоеперстии - он молится), ведь Ф. С. Воронцова избивают "за то, что его великий государь жалует и бережет"***. Бессильный мальчик-государь не может вмешаться в события, происходящие во дворце.

* ("Послания Ивана Грозного", с. 42.)

** ("ПСРЛ", т. XIII, с. 444 (в скобках приписка редактора Царственной книги).)

*** ("ПСРЛ", т. XIII, с. 98.)

Но такое изображение Ивана IV при описании боярской "брани" (в первом варианте летописи) - случай скорее исключительный, чем закономерный. Сравним сцены убийств Ф. М. Мишурина и 10. В. Глинского по первому и второму вариантам. В Синодальном томе, л. 44, в описании "мятежа" 1538 г. имя великого князя не упоминается (Ф. Мишурина казнили в боярской "брани"). Соответственно и на миниатюре великий князь не изображался. В новом варианте летописи, в Царственной книге, л. 170 об., мы уже видим великого князя. Но он также не участвует в событии, ведь Ф. Мишурина казнили "без государского веления". Художник показал Ивана IV за стеной города, откуда волокут, "ободраша", Ф. Мишурина, казнь которого происходит на дворе Шуйских (он отгорожен тыном).

Такова же роль царя и на миниатюре л. 683, где показано убийство 10. В. Глинского 26 июня 1547 г. в ходе волнений в Москве. Это - Фрагмент второго варианта летописного известия. Первый был написан на лл. 305-306. Не будем подробно анализировать эти миниатюры*, отметим лишь, что в первом варианте изображение царя отсутствует на л. 305, показывающем убийство Глинского и избиение его людей. Оно появляется лишь над текстом на л. 306, по которому Иван Грозный "по-веле тех людей (виновных в убийстве и грабеже. - В. М.) имати и казнити"**. Но на л. 683 над текстом: "извлекоша (Ю. В. Глинского из Успенского собора, в котором он был убит. - В. М.) передними дверми на площадь и за город, и положиша перед того кол, идеже казнят"***, изображен в правом верхнем углу и Иван Грозный. И снова он всего лишь свидетель события. На л. 683 об. показан уже убитый Ю. В. Глинский, "боярский совет", наущением которого был растерзан дядя царя, и сам Иван Грозный, беседующий с боярами, вероятно, оставшимися ему верными.

* (Подробный анализ текста и миниатюр лл. 305, 306, 683 Царственной книги см.: С. О. Шмидт. Становление российского самодержавства. М., 1973, с. 42-66.)

** ("ПСРЛ", т. XIII, с. 457.)

*** ("ПСРЛ", с. 456, 532.)

Можно предположить, что появление изображения великого князя, а с 1547 г. царя Ивана Васильевича, в миниатюрах второго варианта официальной летописи, показывающих боярские "брани", тогда как в миниатюрах первого варианта его изображения не было (отметим, что известие о "мятеже" сентября 1544 г., первое из рассмотренных нами, перебелено не было), продиктовано стремлением подтвердить достоверность повествования (все эти рассказы подвергались редакторской правке, значительно изменившей текст первого варианта). Так иногда делалось и в тексте Лицевого свода. Например, правдивость Повести о чудесном рождении Василия III подтверждается свидетельством митрополита Иоасафа*.

* ("ПСРЛ", т. XII, с. 191.)

Вместе с тем ряд изображений Ивана Грозного исчезает из миниатюр второго варианта. На один такой случай указала Т. Н. Протасьева*. В Повести о приходе Саип-Гирея на Оку в 1541 г., вошедшей в состав Царственной книги, подчеркивается неспособность великого князя (по малолетству) руководить боевыми действиями. Однако миниатюрист изобразил в первом варианте лицевой летописи самого Ивана Грозного (Синодальный том, л. 65 об.), отправляющего войска на Оку. Во втором варианте (Царственная книга, л. 194 об.) изображения Ивана IV уже нет, так как редактор оставил на л. 65 об. приписку: "в знаменье (далее зачеркнуто слово "царевич". - В. М.) государь написан не г делу". Иван Грозный действительно не мог играть никакой роли в этом успешном для Москвы отражения набега.

* (Т. Н. Протасьева. К вопросу о миниатюрах Никоновской летописи, с. 276-278.)

Было закрыто белилами также изображение Ивана IV и Елены Глинской в Царственной книге, лл. 88 об. и 89*. Первоначально они были нарисованы в верхней части листа, но затем забелены, и на их месте нарисованы палаты. В тексте лл. 88 об. и 89 речь идет о неудачном походе 1535 г. на Литву. Само описание этого похода очень сложно: некоторые подробности (известие о поставлении Себежа) даны в двух вариантах или (известие о сдаче Гомеля) носят следы редакционной правки. Второй вариант и правка редактора недвусмысленно обвиняют бояр в "недоброхотстве". О походе 1535 г. вспоминал и Иван Грозный: "...изменным обычаем, недругу нашему Литовскому почяли отчину нашу отдавати, грады Рагодощ, Стародуб, Гомей"**. Может быть, это обстоятельство также повлияло на решение убрать изображение великого князя, чтобы подчеркнуть его непричастность к неудачному походу.

* (О. И. Подобедова. Миниатюры русских исторических рукописей, с. 148.)

** ("Послания Ивана Грозного", с. 32, 92.)

Своеобразно раскрывается заинтересованность редактора, делавшего приписки к миниатюрам, там, где они не были переделаны. Редактор не удовлетворился изображением свадьбы царя. В Царственной книге л. 293, показан выбор невесты: Иван Грозный и Анастасия стоят друг перед другом. Позади царя - бояре, позади будущей царицы - боярыни. Невеста уже в короне. На л. 283 об. в нижней части миниатюры изображена сцена венчания Ивана IV и Анастасии, а в верхней - традиционный мир с восседающими за столом новобрачными. Внизу листа редактор сделал приписку: "Розсписат надвое венчание да брак"*. Вероятно, его не устроила традиционная для Лицевого свода композиция, подобная, например, изображению свадьбы Василия III, где в нижней части были нарисованы великий князь и Елена Глинская, благословляемые митрополитом Даниилом, а вверху - брачный пир (Шумиловский том, л. 863). Быть может, редактор усмотрел здесь неловкость ведь брачному пиру Владимира Андреевича Старицкого (двоюродный брат Ивана Грозного) отведен отдельный лист (л. 174 Синодального тома). Такую же подробность повествования требовал редактор и в изображении свадьбы царя.

* ("ПСРЛ", т. XIII, с. 453, прим. 3.)

Любопытна приписка на л. 652 об.: "То не надобет, что государь сам носил"*. В связи со смертью архиепископа Серапиона в Новгороде во время мора 1553 г. новгородским владыкой был поставлен Пимен. Одновременно проводились церемонии, долженствующие прекратить мор: царь и митрополит Макарий "вносили мощи всех святых отец да молили бога"**. В соответствии с текстом на миниатюре изображены в нижнем правом углу Иван Грозный и Макарий с сосудами в руках. И тут же справа нарисован царь, отдающий распоряжения ("указующий" жест левой руки). Вероятно, редактор усмотрел здесь несообразность: царь повелевает носить мощи Макарию и самому себе. Вместе с тем возможно предположение, что редактор указал на недопустимость такого изображения именно в сцене поставления Пимена, казненного после новгородского погрома 1570 г. по обвинению в измене. Впрочем, оба эти предположения не являются взаимоисключающимися.

* ("ПСРЛ", табл. VI.)

** ("ПСРЛ", с. 526.)

Царственной книгой охватывается двадцатилетний период жизни Ивана Грозного. На миниатюрах перед зрителем предстают трогательные сцены прощания Василия III с младенцем-сыном, будущим царем Иваном Грозным. Затем мы видим мальчика в царском венце, восседающим на троне рядом с матерью (там, где она упоминается в тексте) и отдающим распоряжения. Иногда он изображен и без Елены Глинской: мальчик-царь (в тексте: "великий князь" или "великий государь") на троне, "вершащий" судьбами государства и своих подданных. И здесь, особенно на миниатюрах, показывающих боярские "брани", с убедительной наглядностью видно, что бояре своего государя "никоего промышления доброхотнаго не сподобиша, сами же ринушася богатеству и славе, и тако наскочиша друг на друга"*. Картина эта резко меняется по достижении великим князем "возраста". Перед зрителем уже не испуганный мальчик, держащий пальцы в двоеперстии при виде избиваемого фаворита, а повелитель, отдающий на расправу руководителя захватившей ("восхитившей", по терминологии того времени) власть боярской группировки.

* ("Послания Ивана Грозного", с. 33, 93.)

С необычайной даже для Лицевого свода подробностью проходят на страницах Царственной книги сцены "совета" с митрополитом и боярами о предполагаемом венчании на царство, а затем и самого венчания (они занимают 12 листов рукописи). С такой же подробностью показано и взятие Казани, завершающееся торжественным въездом Ивана Грозного в город под стягом с изображением Спаса. А затем описывается и рисуется "здравствование" "государю на царство Казанском" В. А. Старицкого, Шах-Али, "радостные глаголы" освобожденных полонянников, челобитья побежденных, триумфальное возвращение в Москву. Героем летописи как в ее тексте, так и на миниатюрах является, таким образом, Иван Грозный. Он и вершитель судеб и инициатор важнейших начинаний (например, венчания на царство, Казанской войны, (см. илл.), поставления Свияжска).

На миниатюрах Царственной книги мы видим отрывок своеобразного жития, уже наполненного чудесами (напомним, что начало его, описание за 1530-1533 гг., содержится в Шумиловском томе, а продолжение - в Синодальном). Надо надеяться, что дальнейшее изучение Лицевого свода (как текста, так и миниатюр) значительно углубит наше понимание этого уникального памятника русской средневековой культуры, но уже сейчас можно сказать, что житийные циклы, подобные грозненскому, обнаружатся и в других томах. Можно здесь указать и на житие Василия III, составляющее часть Шумиловского тома и Царственной книги. Изучение их будет способствовать расширению наших представлений о мировоззрении средневекового человека, об общественно-политической мысли того времени, о социально-политической обстановке эпохи Ивана Грозного, о духовной и художественной культуре периода формирования многонационального централизованного государства.

предыдущая главасодержаниеследующая глава







© Злыгостев А.С., 2001-2019
При использовании материалов активная ссылка обязательна:
http://redkayakniga.ru/ 'Редкая книга'

Рейтинг@Mail.ru