Новости    Старинные книги    Книги о книгах    Карта сайта    Ссылки    О сайте    


Русская дореформенная орфография


Книговедение

А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я A B D







предыдущая главасодержаниеследующая глава

III

В 1960-е - начале 70-х годов во время занятий историей монастырских архивов нам удалось эмпирически установить некоторые особенности использования бумаги в крупных и хорошо организованных монастырских канцеляриях. В монастырях Двины в XVI в. каждые три-четыре года, а в XVII в. - каждые полтора-два года запас бумаги практически полностью обновлялся. При этом рубеж смены запасов, пополняемых периодическими закупками, прослеживается очень четко и определяется первым появлением среди используемой бумаги листов с новой филигранью. Смена сортов бумаги производилась довольно быстро*, но еще какое-то время продолжалось как бы "доиспользование" остатков бумаги прежнего запаса (примерно 5-10%), и эпизодически появляются отдельные листы, случайно остававшиеся от более ранних закупок. Особенно хорошо прослеживаются данные особенности на материалах монастырских хозяйственных книг, пополнявшихся новыми записями регулярно на протяжении всего года. Использование филигранологического материала, извлекаемого из деловых книг и документов, позволяет датировать рукописные "неделовые" книги, создававшиеся в монастырях с точностью в один-три года.

* ("Равноправное сосуществование" бумаги старого и нового запасов продолжалось - насколько позволяют судить регулярно составлявшиеся хозяйственные книги - от нескольких недель до нескольких месяцев, в зависимости от нормы расхода (в различных монастырских канцеляриях неодинаковой).)

Было интересно проверить: "работает" ли подмеченная особенность использования бумаги также и в книгописных (неканцелярских) центрах. Необходимым условием постановки подобного опыта было наличие крупного памятника, работа над которым продолжалась бы заведомо в одном центре на протяжении нескольких лет*. Лицевой летописный свод едва ли не идеальный объект для проверки разработанной методики. Нами был избран "ХС". В результате комплексного кодикологического анализа этой рукописи было установлено, что нынешний "ХС" содержит два первоначально самостоятельных кодекса, обозначенных нами условно как А и В**. Работа по составлению двух рукописей производилась одновременно и параллельно двумя группами. Последовательность введения в оборот бумаги с новыми знаками с замечательной точностью совпадала и в кодексе А, и в кодексе В. Параллельность работы двух групп доказывалась не только синхронностью использования бумаги одного вида в примерно равных объемах, но и палеографическими особенностями двух кодексов.

* (В качестве объекта такого опыта можно использовать и несколько памятников (годовой комплект Миней, полный круг других богослужебных книг и т. п.), созданных в одном центре. Однако в таком случае весьма желательно иметь эталонный ряд последовательности использования бумаги, с которым можно было бы сравнить ряды знаков в исследуемых рукописях. При работе с Лицевым сводом такой эталонный ряд извлекается из самих рукописей, как это будет показано ниже.)

** (См.: А. А. Амосов. К вопросу о времени происхождения..., с. 14-20.)

Обоснованность разделения "ХС" на две части подтверждалась и сопоставлением данного тома с другими рукописями Хронографической части Свода. Совершенно параллельно кодексам А и В "ХС" составлялась вторая часть "М", содержащая Троянскую историю Гвидо де Колумна (далее - "М-Тр"), т. е. устанавливалась работа параллельно трех групп. В заключении статьи намечалась и примерная последовательность составления других частей Свода*. В частности, указывалось, что "ЛХ" был начат написанием не прежде, нежели был окончен кодекс А из "ХС" и в то же время работа по написанию "ЛХ" какое-то время производилась параллельно завершению "ХС-В".

* (См.: А. А. Амосов. К вопросу о времени происхождения..., с. 33-36)

Как известно, "ЛХ" должен открываться (в дошедшей до нас части Свода) первыми шестью листами "С", после чего повествование непосредственно переходит в рукопись ГПБ. Филигрань лл. 1-6 "С" - знак "IR с лилией". Та же самая филигрань открывает и собственно "ЛХ" и следует от его начала до л. 69 с единичными вкраплениями знаков "ВВ под короной". После л. 69 следуют 11 листов с филигранью "ВВ", т. е. первые 86 листов "ЛХ" (включая 6 листов "С") вполне параллельны "ХС-В" в его восьмом пласте. "ХС-В-9" открывается листами с филигранью "AAR под короной", после чего следуют 11 листов с филигранью "BV под короной", а далее чередуются знаки "APR" и "ВВ", с явным преобладанием последнего и единичными вкраплениями знаков "BV" и "IL под лилией"; в "ЛХ" в лл. 81-91 мы встречаем 11 листов со знаком "BV", далее набор знаков (и количество листов с филигранями отдельных видов) вполне параллельны "ХС-В-9". Последние листы "ХС-В" маркированы знаком "APR" и единичными включениями иных знаков (филиграни "ВВ")*. Соответственно этому в "ЛХ" также идет пласт бумаги с резко выраженным преобладанием знака "APR". Далее в "ЛХ" следуют еще пять пластов бумаги с различными определяющими знаками. В целом структура "ЛХ" может быть представлена в виде таблицы**.

* (В статье "К вопросу о времени происхождения..., мы не выделяли в "ХС-В" десятый пласт. Сейчас исправляем эту неточность на основании коррекции последовательности бумаги в "ЛХ".)

** (В качестве условного критерия выделения пластов мы принимали первое появление бумаги с новой для всего комплекса филигранью. Поскольку при этом некоторое время продолжалось "доиспользование" старой бумаги, то между некоторыми пластами можно установить как бы "связующие зоны", в пределах которых старая и новая бумага использовалась более или менее равномерно (нижней границей подобных зон можно считать, например, последнее появление старой бумаги). Однако в приводимых здесь и далее таблицах "связующие зоны" мы не выделяли, поскольку уверенно они вычленяются не во всех случаях, да и существенно повысить информационный потенциал таблиц не могут. Считаем необходимым также оговорить, что в некоторых листах рукописей филигрань не просматривалась из-за густой раскраски миниатюр (из 1217 листов "ЛХ" таких несколько десятков), в этих случаях определение бумаги производилось посредством обмера сеток понтюзо и вержеров и сравнения метрических данных с соседними листами, где знак ясно читается.)

Из таблицы видно, что в разных пластах встречены знаки одного сюжета, в частности филигрань "IR с лилией"! пластах 1 и 5, филигрань "ВВ под короной" в пластах 1-2 и 8. Однако метрика знаков (а отчасти и графика, хотя и в меньшей мере) позволяют утверждать, что это знаки разных и при этом, как кажется, не синхронных форм, следовательно бумага разных пластов, маркированная односюжетными знаками, происходила из разных стоп, отлитых на мельницах через какой-то промежуток времени, а значит и принадлежала скорей всего к разным закупкам.

Таблица I. Кодикологическая структура комплекса 'ЛХ'
Таблица I. Кодикологическая структура комплекса 'ЛХ'

Кодикологическое построение комплекса рукописей Лицевого свода
Кодикологическое построение комплекса рукописей Лицевого свода

Последовательность использования бумаги подтверждается и палеографическими признаками. В "ЛХ" почти нет путаницы листов, поэтому при просмотре его не возникает осложнений в наблюдении эволюции письма. Манера письма остается практически неизменной на всем протяжении "ЛХ", исключая несколько конкретных случаев, для каждого из которых можно найти не только убедительное, но и единственно возможное объяснение*.

* (В предыдущей работе мы оперировали понятием "почерк". Сейчас подобное словоупотребление следует считать ошибочным. Рукописи Лицевого свода исполнены каллиграфическим полууставом явно нескольких рук. Однако точное число писцов в настоящее время установить едва ли возможно, по двум причинам. Индивидуальность графических начертаний литер в каллиграфическом полууставе XVI в. (т. е. тот признак, который собственно и определяет "почерк") сильно сглажена. Кроме того, как установлено в последние годы, писцы XVI в., работавшие "в полууставе", порой имели обычай писать несколькими почерками, сильно различающимися по графике (а о многообразии графических форм отдельных букв в Лицевом своде писал еще В. Н. Щепкин). Поэтому при изучении рукописей Свода у исследователя (даже специально ориентированного на письмо рукописей) может легко возникнуть иллюзия смены почерков, тогда как на деле имела место смена орудия письма, возврат к письму после какого-то перерыва, осознанное повышение четкости (например - при начале новой главки или раздела) и т. п. Поскольку в настоящее время еще не разработаны сколько-нибудь надежные критерии для различия рук писцов, работавших "в полууставе", и определение индивидуальных полууставных почерков до сих пор еще остается гораздо более искусством, чем точным знанием, мы полагаем преждевременными любые попытки установления точного количества писцов Свода и объемы переписанных ими листов, ибо попытки эти неизбежно окрашены субъективным восприятием полууставных почерков (а этот момент может не совпадать даже у профессионалов палеографов). Исходя из этого мы считаем методически более правильным говорить о манере письма, включая в это понятие не только графические начерки букв, но и толщину штрихов, степень наклона букв, высоту их, плотность в строке, межбуквенные интервалы и т. п.)

В пределах кодекса, однако, заметны циклические изменения отдельных признаков письма, образующие в совокупности как бы "систему волн", накладывающихся друг на друга. Наиболее длинная волна - это постепенное изменение цвета чернил (высветление), вызванное добавлением в них (по мере расходования) воды - "длина" такой "волны", как правило, многие десятки, а порой и сотни листов, высветление чернил происходит как бы по нисходящей, с несколькими слабо выраженными "ступеньками" (моменты разбавления). Более короткие волны (в несколько десятков листов, как правило) - это постепенное изменение толщины штриха, вызванное изнашиванием орудия письма; в нескольких соседних листах эта "волна" совершенно незаметна, но интервал в 10-15 листов уже позволяет отчетливо видеть этот признак. Возобновление или новая зачинка калама (а большая часть Свода выполнена именно тростниковым пером, т. е. каламом, а не гусиным или иным птичьим) дает и возобновление более тонкого - "строгого" - письма. Наконец, группа наиболее "коротких волн" представляет собой циклические (через несколько - 1-5 листов) изменения, обычно очень трудноуловимые, в тщательности и характере начертаний букв и надстрочных знаков, в "размашистости" штрихов. Решаемся предположить, что эти изменения отражают дневную работу писцов*.

* (Если это наше предположение верно (а полагаем, что так оно и есть), то в принципе открывается возможность для распределения всего Лицевого свода по дням работы над определенными листами, а следовательно - с учетом коррекции по календарю и церковному уставу - и довольно точного определения количества времени, необходимого для составления этого памятника, и, как результат этого - хронологических рамок данной работы. Впрочем, необходимым условием подобной разработки является создание надежных критериев и методов совершенно уверенного разделения как почерков лиц разных, так и изменений в почерке писца одного, с использованием объективных, т. е. не зависящих от нашего восприятия, приемов извлечения и обработки информации. Весьма привлекательным в этом плане представляется применение ЭВМ с устройством ввода информации средствами электронно-оптического сканирования (технически это возможно и при современном уровне развития вычислительных машин). До этого все попытки такого рода не дадут уверенности в абсолютной достоверности результатов, ибо глаз и мозг человека при всем их совершенстве склонны к ошибкам.)

Польско-литовская филигрань 'Гоздава'
Польско-литовская филигрань 'Гоздава'

Знаки 'Двойная лилия' в бумаге свода (по Н. П. Лихачеву и рукописям Свода)
Знаки 'Двойная лилия' в бумаге свода (по Н. П. Лихачеву и рукописям Свода)

Если эти "волны" перенести на график, то получим ряд ломаных линий с довольно постоянными периодами "всплесков" на каждой из них. Отдельные всплески могут накладываться (совпадать на одном и том же листе), и в этом случае при просмотре рукописи не сплошь, а выборочно - почти неизбежно возникает иллюзия смены почерка. Обычно же, поскольку периоды каждой из "волн" различны, частые "всплески" коротких волн на фоне более длинных как бы "усредняют" всю линию (а при просмотре рукописи это обстоятельство - своего рода фантом - и создает в наших глазах картину почерка как такового). При сплошном просмотре рукописи глаз довольно скоро привыкает к чередованию "всплесков" и фиксирует лишь "длиннопериодные". При этом сравнительное постоянство периодов приучает к определенному ритму письма, очередной "всплеск" как бы ожидается уже на подходе к нему. При этом всякий "внеочередной всплеск" уже воспринимается как своего рода сигнал на более пристальное внимание к данному листу*.

* (По сути такие "внеочередные сигналы" являются явными знаками вмешательства либо в процессе написания, либо в уже завершенную исполнением рукопись. Подробней об этом см. ниже.)

Указанные особенности "ЛХ" (кстати, наименее пострадавшего от утрат и перебоев листов кодекса Лицевого свода) позволяют на его основе построить как бы эталонный ряд последовательности в использовании отдельных видов бумаги и уже к этому ряду "приводить" все остальные комплексы листов, составляющие "Летописание лет старых".

предыдущая главасодержаниеследующая глава







© Злыгостев А.С., 2001-2019
При использовании материалов активная ссылка обязательна:
http://redkayakniga.ru/ 'Редкая книга'

Рейтинг@Mail.ru